Caspian News, 18 мая. В Мажилисе Парламента РК подняли острый вопрос, который долгое время оставался без должного внимания в обществе. На сегодняшний день в Казахстане насчитывается более 30 тысяч граждан с нарушениями слуха и речи, из которых около 5 тысяч — дети. При этом жестовый язык до сих пор не признан на законодательном уровне в качестве полноценного языка общения.
По словам депутата Екатерины Смоляковой, этот правовой пробел оборачивается жесткой социальной изоляцией для тысяч людей, ограничивая им доступ к информации, качественному образованию, рынку труда и полноценным государственным услугам.
Среда не адаптирована: барьеры в образовании и жизни
Отсутствие официального статуса у жестового языка напрямую влияет на возможности социализации особенных граждан. Депутат Мажилиса Екатерина Смолякова подчеркнула, что это вопрос равных конституционных прав:
«Для них жестовый язык — это не просто средство общения. Это их связь с миром. Это их язык. Парадокс заключается в следующем: в Казахстане жестовый язык до сих пор не признан на законодательном уровне. В результате тысячи граждан не имеют полного доступа к информации, образованию, работе и государственным услугам. Это вопрос равных возможностей.
У казахов есть выражение: «Кто не понял намека, тот не поймет ничего». К сожалению, мы до сих пор не смогли полностью понять язык этих граждан. Например, на сегодняшний день число студентов данной категории в высших учебных заведениях составляет всего 185 человек. Почему? Потому что среда не адаптирована. Доступность слабая. Недостаточная поддержка».
Огромной проблемой остается и жесткий лимит на социальную помощь: сейчас глухим и слабослышащим гражданам предоставляется всего 60 часов услуг сурдоперевода в год. Этого объема критически не хватает даже для покрытия базовых повседневных нужд, ведь переводчик необходим повсюду — в больницах, ЦОНах, судах, при обучении и трудоустройстве.
Международный опыт и катастрофический дефицит кадров
Казахстанская система инклюзии существенно отстает от мировой практики, где жестовый язык имеет совершенно иной юридический вес. Кроме того, профильная сфера в стране испытывает кадровый голод.
«Еще один важный вопрос — если мы хотим построить полноценное инклюзивное общество, то мы должны параллельно развивать доступную среду и на казахском языке. Мировой опыт совершенно иной. Новая Зеландия присвоила жестовому языку государственный статус. Финляндия закрепила его в Конституции. Во многих странах жестовый язык стал неотъемлемой частью системы образования и государственной службы.
У нас же количество сурдопедагогов, обучающих детей с нарушениями слуха и речи, составляет всего 221 человек. Этих специалистов в нашей стране готовят всего 4 высших учебных заведения», — резюмировала Екатерина Смолякова.
Ситуацию усугубляет тот факт, что на данный момент по всей стране по этой специальности обучаются всего 35 студентов, что наглядно иллюстрирует масштаб кадрового кризиса.
Требования депутатов
Чтобы изменить ситуацию, мажилисмены направили в Правительство ряд конкретных предложений:
-
Официально признать жестовый язык на законодательном уровне;
-
Существенно увеличить годовой лимит часов сурдоперевода;
-
Повысить объемы субтитрирования и создания специального контента на телевидении и в госорганах;
-
Усилить и масштабировать систему подготовки профильных специалистов.
Ежегодно в правоохранительные органы Казахстана поступает более 45 тысяч обращений, связанных с нарушением прав граждан с инвалидностью. Депутаты подчеркивают: эта цифра — не просто сухая статистика, а реальный голос тысяч казахстанцев, которые больше не хотят оставаться изолированными от общества.